Открытая философия

Я не выйду из квартиры,
Чтобы там не говорили,
Чтобы там не обещали,
Воздух здесь пропитан щами,
Добрым словом, шерстью кошки,
Здесь гитарные порожки
Серебрятся на свету,
Мимо медленно иду,
Возле батарей родных
В cвоих тапочках простых,
Под горячей люстрой белой
Я своё решаю дело.

Есть ли дом у крикуна?
Где он? Площадь?
                             Блог?
                                      Тюрьма?
Он откуда убегает?
Там, где -
Холод,
         Скука,
                   Тьма? 

Как зашёл в подъезд, с тех пор
Десять дней промчалось,
И вот снова - милый двор,
Всё так и осталось.
Нагуляю аппетит,
Мысли... и назад,
Мне мой дом всегда открыт,
Как Эдемский сад. 

И в течении дня
Был отлив и прилив
Был я страшен, красив
Было всё у меня
И быстрее чем миг
День летел, улетал
Я звучал, как старик
Как ребёнок звучал
До глубокой зимы
До начала начал
В безмолвие тьмы
День летел, улетал
И в течении дня
Каждый маленький час
Было всё у меня
И всё было у нас
 

С затаённым восторгом, лёгким волнением и любопытством
вступаю в своё четвёртое десятилетие. 

Больно думать о том, что дедушка стал жертвой халатности, неквалифицированности. После программы по телевизору, грустной и страшной, снова возвращаюсь к этим мыслям. В программе рассказывали о продажах дипломов. Показывали съёмки скрытой камерой, процесс продажи, разговоры с продавцами, на вид серыми и циничными людьми. Несколько лет я вижу в метро одну женщину с табличкой "дипломы". Родителям она обязана правильными чертами лицами, которые из год в год, практически на моих глазах, становились неправильными. В последний раз, когда я видел знакомое лицо, в нём уже не было никакой боязни, неуверенности, неловкости, того, что я замечал когда-то, в нём, похожем на манекен, зияла мрачная пустота, тоска и убеждённость в неприкосновенности, договорённость с местными милиционерами, видно, с годами стала ещё надежнее. И в этом ужас. В спокойном осуществлении столь отвратительного, опасного дела, как продажа, по сути, рабочего места. Да, такое происходит не только в нашей стране, но по неофициальным данным почему-то только у нас 30 % cмертей вызвано этим обстоятельством, медицинской помощью. тех, кто такой же медик, как и балерина. Что и сколько вколола деду та, забежавшая на минутку, девушка, которая тут же поспешила уйти, сообщив бабушке о скором приходе другого врача? Зачем нужно было приходить другому врачу? Момент упущен, теперь дознаваться поздно. Но у меня почти нет сомнений - в смерти деда есть вина того человека. Можно ли назвать это убийством? Вопрос навсегда останется без ответа. Бог судья. У нас ничего нет, кроме cмутного медицинского заключения и знания, что дед умер во сне. По крайней мере, лежал он на боку с закрытыми глазами и телевизор не работал. Он и сам не понял, что отошёл. А ведь за пару часов до этого он ел мороженное (очень захотел) и по привычке, куря в туалете, читал газету. Через четыре месяца ему должно было исполнится 80. А жить он, излечившийся от рака, cильный по натуре, должен был все 90. 

"Есть такой жуткий тип человека - сценарист.
Это не как маньяк - это хуже.
Явь и реальность перемешиваются
в сознании такого человека так, что не разгребёшь". 

Из весёлой статьи Ю. Гладильщикова 
о фильме "Адаптация". 

Если кто-то тебя остановит в метро,
Будет прямо в глаза смотреть,
Ты беги, беги, беги от него,
Чтобы жить, чтобы не умереть.
Человек он или нечеловек,
Пришелец, посланник, хоть кто,
Убегай, беги, ускоряй бег,
Из метро, вдоль аптек, далеко.
Если не убежишь, он тебя поведёт,
Взяв крепко в руку свою,
В этом городе, верь, тебя никто не спасёт,
Здесь каждый сам на краю. 
Они примут тебя за подругу его,
Так будет выглядеть со стороны,
Ты будешь идти страшно легко,
Но это будешь не ты.
И всё дальше, дальше от милых людей,
За сады, магазины, дома,
Ты будешь идти всё быстрей и быстрей,
Будешь идти сама.
Тихий голос его, его странные речи
Вдруг остановятся и...
Он положит ладони тебе на плечи, 
И опустит глаза свои.
Необычайно большими руками
Он сделает то, что всегда,
И ты будешь лежать под облаками,
Пока не вспыхнет звезда.
Как на морозе очнешься больною,
В неизвестном краю,
А он будет рядом сидеть с тобою,
И шептать: "Я вас люблю".  

Приглашаю на страничку моего нового рассказа
http://www.proza.ru/2012/05/12/782

Я снова был в материнской утробе,
Как в шубе лежал, на морозе, в снегах,
А мыслями плыл по горам, по Европе,
Как песня без слов, с ветерком в парусах.

А может я раненным был под Москвою,
Прадедом собственным будто в хмелю,
Прощался с тремя дочерьми и женою,
Cлыша вдали благодарность мою.

Откуда ты, ёжик, бредущий в тумане?
Шорох Сокурова, Шнитке струна?
В день новый откуда везёте, вы, сани?
Из божьей обители, из полусна.